Category: Записные книжки

Днесь

Там, вне пределов кадра, стоит – честное слово! – бокал вина. Вернее, так: бокал посредственного вина. Это третий бокал. И там, вне пределов кадра, есть некий текст, есть ещё план, и присутствует несгибаемое намерение, но тут, в заметке, всего этого нет. Я немного устал, и в голове пусто. Завтра с самого утра начну эту пустоту заполнять. А пока немного повожу ручкой по бумаге. Это – если вы не в курсе – хороший способ получить один из видов физиологического удовольствия, до которых я, известно, довольно падок.

Самое главное из искусств

Заглянул в комнату. По телевизору лысый актёр играл героического персонажа. Делал лицом мимику, говорил девушке о чём-то главном. Потом я снова заглянул в комнату. Лысый актёр продолжал играть персонажа. Перекатывался через капот автомобиля, отстреливался, кричал в камеру что-то патетическое. Через полчаса, как раз к кульминации художественного фильма, я снова заглянул в комнату. Конечно, оказалось, что это были два разных лысых актёра, и сейчас они выясняли отношения. Мутузили друг друга по полуобнаженным телесам.

Настоящая астрология

Можно ведь всё так устроить, чтобы гороскопы сбывались  в компьютерных играх. Договориться по-тихому, никому ничего, в средствах массовой информации — молчание. Подтянуть побольше компаний: чтобы и в Counter-Strike работало, и в какой-нибудь там World Of Warcraft, и даже в My Little Pony’s Candy Quest.

Теперь сами гороскопы. Речь, конечно, не идёт о колонках зодиакального бреда в женских журналах. Мы говорим а о настоящих, серьёзных гороскопах, с цветными круглыми графиками, исчерченными знаками созвездий и векторами надежд, из тех, что за деньги составляют бывшие доценты физико-математических.

Допустим, у некоторых Тельцов сегодня по такому гороскопу Венера в экзальтации. И кто-нибудь там в третьем доме, что бы это ни значило. И вот молодой человек открывает после работу любимую стрелялку, и тут же его пятнадцать раз подряд кладут на хорошо изученной карте, где раньше он был босс и все его боялись. А в соседнем доме девочка битый час не может приручить виртуального дракона, так как он с обидной настойчивостью скусывает ей голову с худеньких эльфийских плеч. У кого же, наоборот, асцендент в Скорпионе, сегодня день исполнения желаний. Толпами прибегают к нем единороги, колосятся золотом поля и враги падают на колени, моля о пощаде.

Как только выяснится, что система работает, а выяснится это быстро, к доцентам физико-математических потянутся страждущие. Сначала, конечно, к родителям за подробностями собственного рождения (у родителей по этому поводу паника и выставление на стол пирогов), а потом — напрямую к радостно потирающим руки астрологам.

Практикующие астрологи начнут повышать квалификацию. Если вы не в курсе, уже сейчас есть множество университетов, где можно получить бумажку о высшем образовании в этой сфере. Как только гороскопы начнут сбываться, количество таких учебных заведений вырастет в разы. Лучше всего будут преподавать, конечно в тех, что находятся под патронажем игровой индустрии. Регулярные членские взносы в Global Gaming Astrology Foundation позволят вам, как ответственному специалисту по расшифровыванию человеческих судеб, быть на острие этой непростой науки.

Таким образом можно увеличить капитализацию всей игровой индустрии раза в полтора, я считаю. И когда люди уйдут-таки в Матрицу, они получат то, о чем мечтали всегда: почти прогнозируемое будущее.

Днесь

IMG_4023Поскольку недавно перенёс пустячную, но требующую аккуратной реабилитации операцию, сижу, в основном, дома. В таких обстоятельствах полезно слушать, как затачивается карандаш в полуавтоматической точилке: хррррр! – до остроты, и снова можно марать в блокноте и чиркать в книжках. Лелеять собственное безответственное поведение, брать пример с кота. Но ведь наступила уже весна, и есть другие занятия, способствующие скорому выздоровлению.

Вот, например, можно начать засовывать свою коллекцию пластинок в Discogs. С удивлением обнаружил, что у меня есть несколько винилов, не представленных в их огромнейшей базе данных. Например, The Goodman Touch, понятное дело, папаши Бенни Гудмена, от редкого австралийского лейбла Swaggie Records, 1977 года выпуска. В базе нет ни оригинала, ни переиздания. Хотя у них даже «Мелодия» представлена почти полностью. Пластинки Рижского завода грампластинок, кстати, очень даже хорошего качества были, только вот слушать было не на чем, во всяком случае, мне. Помню, была у меня в те времена Ригонда, ой, было же времечко. А теперь я просто красивый и умный.

Кстати, обнаружил давно не слушанные пластинки, спрятавшиеся между сестричками. Дивные дела! У меня не такая большая коллекция, чтобы они могли так хорошо прятаться. Вот эту красавицу, к примеру, я точно пару лет не видел. Я себе это так представляю. Говорит, например, молодящаяся «In A Mellotone» соседке: мол, в прошлом годе этот косорукий сначала выпил на три пальца крепкого, а потом меня лапал, и иглой неаккуратно между канавок тыкал, и даже вдвоём с каким-то белобрысым меня пользовали. Вон, даже поцарапали. Спрячусь-ка я от греха подальше. Пусть эти, как их, айтюнсы, слушают.

Кстати, в данном конкретном случае это она зря. Для начала, эти самые айтюнсы тоже вещь, просто там другое удовольствие. И потом, я точно знаю, что у неё не первый. Ибо куплена была в Сан-Франциско года четыре назад, в одном из этих маленьких музыкальных магазинчиков. А родилась в 1959, и с тех пор не переиздавалась ни разу, насколько я знаю. Так что, дорогая, ты у меня уже запланирована на завтра.

Ох уж эта музыка, ох уж этот джаз. Раздолбаи, отщепенцы, и нас за собой тянут. Вместо того, чтобы сосредоточиться этим вечером на чём-то серьёзном, слушаю «Undercurrent» Билла Эванса и регистрирую пластинки в базе данных. Куда катится мир…

 

 

 

IMG_4024

Борхес и калебас

IMG_0667 1

Я так считаю: если уж читаешь Борхеса, допустим, «Шесть загадок для дона Исидро Пароди», изволь пить мате. Потягивай тихонько через бомбилью из самого простецкого калебаса. Хорошо бы на свежем воздухе, а если уж в помещении – пусть это будет именно библиотека, общественная или частная, с классическими, тёмными от времени, шкафами.

Эзопа хорошо запивать разбавленным в правильной кратере вином. И пусть его подаст молодая рабыня, босоногая, черноглазая, в ионийском хитоне поверх чересчур широких бёдер. Бог с ними, с бёдрами, в партнёре по чтению главное – личностные качества. Или я что-то путаю?

Фаулз и Стивенсон славно смакуются с бокалом односолодового виски. Толстой так и напрашивается на чай в тонкостенных чашках, с лимоном, и чтобы пыхтел настоящий самовар, и чайник был литра на три, синего костяного фарфора. Младшая Эда проглатывается вместе с хмельным мёдом. Восемь томов «Тысячи и одной ночи» жаждут сладкого тягучего гранатового вина. «Сын рыбака» просит пива. «Калевала» – настойки на мухоморах.

Солнце наше, Пушкин Александр Сергеевич, дивно резонирует с бокалом игристого, желательно, сухого шампанского. Фредерико Гарсиа Лорку (ах, помните это: En la mitad del barranco / las navajas del Albacete, / bellas de sangre contraria, relucen como los peces), так вот, Лорку читаем с рюмкой агуардьенте. С другой стороны, с великими аргентинцами вопрос остаётся до сих пор открытым. Тот же Касарес, если он в анталогиях – ну ни с чем толком не идёт. Каков его, Касареса, напиток? Кто ответит? Какой критик?

Цветочки славного мессера Франциска из Ассизии с «Монастырской избой», Конан Дойль под херес, Скаррон и Петрарка утрамбованы «Рижским бальзамом». Оскара Уальда прочёл, пока курил. Замены сигаре при прочтении Уальда пока не придумано.

Авторов нужно выбирать с тщанием, загодя заботясь о здоровье. Наиболее трудных проходить в юности, пока печень ещё восприимчива к высокой метафоре и тяжёлому слогу. После сорока наслаждаться уже лёгким чтением, ничего крепче вина себе не позволять. И вообще, иметь склонность к безалкогольным напиткам.

А то с этой вашей Большой Литературой бедному читателю прямая дорога к наркологу.

Машина времени

В недалёком будущем, примерно через полчаса, я надену кимоно, хакаму, тапочки и пойду по улице в сторону спортивного зала. В руках у меня будет тренировочный японский меч, боккен, в чёрном тряпичном чехле. Час с мечом, полтора – без, уходы, броски, контроли. Двести человек скользят по татами. Хлопки страховок. Ритм. Упал – встал – атаковал – упал – встал – атаковал – устоял на ногах.

Потом наступит далёкое будущее. Люди полетят к звёздам. Высадятся на Марс. Я же пойду обратно, в съёмную квартиру. Сниму пропотевшее кимоно, приму душ. Пообедаю овсянкой и йогуртом. Полчаса сна, и на следующую тренировку.

Такой жизненный цикл. Впечатление, будто бы время течёт по-разному: тут, у нас, и там, в человеческой цивилизации. Там уже изобретена антигравитация, генетически модифицированные лабрадоры выигрывают международные соревнования по шахматам. Вот уже полтора столетия нет никаких войн. Тут у нас запах пота, лезвие направлено в горло. Улыбка анестезирует ноющие в поисках гармонии суставы. Время застывает, как венецианское стекло, разноцветными плавными линиями. Вечерами в окно видно, как гаснут, умирают старые уже звёзды, вспыхивают сверхновые, и небо меняет рисунок. Где Водолей? Где Весы? Нет и никогда не будет.

А уже очень потом, в этот четверг, я полечу домой.

 

Латвийская делегация

Латвийская делегация и сэнсей Кристиан Тиссье

Звуковое разнообразие осенью

IMG_3335С моим воображаемым собеседником Никитой Борисовичем Вайнштейном мы вытянули с одной из полок (правая часть, «Всякое вразнобой») пять случайных пластинок. Попались в мохнатые лапки:

  1. Мирей Матье, «Любовь и жизнь», стерео, Мелодия, 1979
  2. Music from 25 years of Royal Occasions, «The Queen’s Silver Jubilee», stereo, Chappeli’s Recording Studios, London, W1, 1976
  3. Alberts Nicholas, «!Alberts! Blues», stereo, Supraphon, Prague, 1972
  4. Лэнгстон Хьюз, «Черные блюзы», стерео, Михаил Казаков, Мелодия, 1977
  5. Оркестр Поля Мориа, «Бабье Лето», стерео, Мелодия, 1983

Сидим, слушаем. Осень, понимаете ли.