Швартовка

В порту

В яхтенном деле швартовка — один из самых сложных моментов. Говорят, у лётчиков посадка тоже куда интереснее самого полёта. Про небо ничего не знаю, а вот о делах морских немного расскажу тем, кто не в курсе.

Представьте себе, что вы «паркуете» какую-нибудь 40-футовую одномачтовую посудину тонн в десять весом. На воде трения покоя нет, значит — нет и тормозов, зато есть огромная инерция. Управляется лодка только на ходу: перо руля как бы «упирается» в струи воды, омывающие корпус, поворачивая нос. Остановились — потеряли ход. Нет хода — нет и управления, лодка начинает дрейфовать. Ветер вносит свою лепту в траекторию движения. На нос и на корму он действует по-разному: мачта находится спереди, и порыв сбоку сразу начинает «разворачивать» вашу лодку, словно флюгер. В свою очередь, под водой на корпус воздействует течение. Вдобавок на заднем ходу лодка управляется хуже (перо руля оказывается впереди), а многие классические старые яхты не управляются вовсе. То есть остановиться, как на машине, закурить и не спеша подумать, что делать дальше, вы не можете. Каждая секунда изменяет обстановку: вас куда-то несет, разворачивает, уваливает, с чем-то опасно сближает, ставит поперёк акватории, вообще колбасит и заставляет реагировать немедленно.

В таких условиях вам нужно войти в незнакомый порт, проскользнуть среди других привязанных и движущихся лодок, катерков, катамаранов, плавучих буёв и бочек, найти себе единственное место между двумя миллионерскими моторными яхтами размером с малый крейсер и втиснуться в щель, которая чуть шире вашей посудины. В общем, это немного похоже на парковку многотонного грузовика с прицепом на стоянке среди спортивных машин класса люкс — причём парковку без тормозов, в заносе, с первого раза и на идеально скользком льду.

Как этому учат? Так и хочется вспомнить анекдот про летающих крокодилов. «Вы бы знали, мадам, как нас тут лупят». Начинающий капитан первые десять учебных швартовок мокр, потен, с глазами навыкате и желанием прибить собственный экипаж, а потом покончить жизнь самоубийством, сожрав кранец и запив дизелем. Таков же он последующие пятьдесят швартовок.

Потом идёт время. Новые сотни заходов в порт лишь увеличивают опыт, добавляют уверенности, но ощущение новизны и бодрости всё равно остаётся. Это словно не зависит от опыта. Каждая швартовка — всё равно что первый поцелуй. Понимаешь, что должен, веришь в лучшее, но никогда не знаешь, чем закончится.

Очень хорошо помню первую свою самостоятельную швартовку в роли капитана. Девственности ваш покорный слуга лишался в Греции, на островах. По неопытности я неверно рассчитал время перехода, и до марины мы добрались уже затемно. Дул очень неудобный боковой ветер, рваный и холодный. Он казался мне чуть ли не ураганом. С моря заходила неприятная короткая волна. Швартоваться нужно было кормой к причалу, отдав с носа якорь. В наступившей темноте горели огни посёлка да несколько фонарей на пирсе. Единственное свободное место, ограниченное с одной стороны соседней яхтой, а с другой — выступающими из воды камнями, было не очень удобным, но дополнительных вариантов судьба в тот вечер не предлагала.

Прицелившись на заднем ходу в эту дивную половую щель, пытаясь учесть снос от ветра и течения, я за несколько корпусов от берега отдал якорь и, конечно, не попал — ветер снёс нас ниже, к камням. Якорь нужно было поднять и повторить попытку заново. Конечно, оказалось, что лебёдка не работает, и тяжеленный якорь пришлось выбирать руками. Серёжа, несмотря на свои два метра и восемь сантиметров роста и богатырскую силу, умотался вхлам, таская мне якорь из воды. Добровольные помощники на берегу через полчаса ушли, махнув нам на прощание. Сразу после этого я умудрился-таки угадать траекторию, втиснулся на место и высадил на причал матросов со швартовыми концами в руках, но потом зачем-то (о боги, зачем? лишь расшалившиеся нервы и убогость воображения могут служить объяснением дальнейшему) — так вот, зачем-то решил перебросить якорь еще раз, получше, и снова отдал швартовы, оставив Егора и Серёжу на берегу. И лишь на открытой воде осознал, что нахожусь на борту с двумя девушками и неработающей якорной лебёдкой. Пришлось рулить и таскать якорь одновременно. Как, спросите вы? Про телепортацию слышали?

В тот раз всё закончилось хорошо. Через час мы стояли, привязанные к пирсу, как буйный больной к кровати, и счастливый капитан жаждал, но не мог, напиться, нажраться, уклюкаться в стелечку, поскольку в планах был осмотр городка и его разграбление. Экипаж это, во всяком случае, точно заслужил.

Публикации на схожую тему

19 comments

  1. Carloss

    Ааааааа! ААААаааа!!!11 Я помню эту швартовку. Помню совершенно дебильное ощущение того, что я стою значиццо на берегу, и смотрю на яхту посреди залива, слышу как заедает, не работая, лебедка, и понимаю, что НУ НИЧЕМ ПОМОЧЬ НЕ МОГУ. Прикольно было. Но я сам тогда всю степень опасности не осознавал, наверное…

    • Андрей Егоров

      Вот и экипаж подтянулся :) Не было там особой опасности, на самом деле, Серёжа. Кроме опасности поцарапаться самому или соседа поцарапать. Но условия для первой швартовки были, правда, немного чересчур.

  2. natali

    Ничего не понимаю в морском деле, но читать, твои рассказы, очень люблю, вижу блог вышел из зимней спячки:)

Добавить комментарий